Брювики Кима Афасижева

ВЕРЕСКОВЫЙ МЁД И ЭЛЬ

В самом деле, ведь там родство широко шагающего. В высшем следе Вишну — источник меда.

— Ригведа

Также превосходный напиток может быть получен из верхушек и цвета вереска, своевременно собранных и высушенных и сброженных, коли Вам так доведётся.

— Доктор W. P. Worth, 1692¹⁰

_	ВЕРЕСКОВЫЙ ЭЛЬ	Вересковый Мёд
_	(Галлоуэйская легенда)	у Яковлевича эль чудесным образом превратился в мёд
_	Перевел Андрей Кузнецов	Перевод Самуила Маршака
From the bonny hells of heather	Из вереска напиток	Из вереска напиток
They brewed a drink longsyne,	Известен был давно.	Забыт давным-давно.
Was sweeter far than honey,	Он был и слаще меда,	А был он слаще меда,
Was stronger far than wine.	И крепче, чем вино.	Пьянее, чем вино.
They brewed it and they drank it,	Они его варили	В котлах его варили
And lay in a blessed swound	И пили всей гурьбой,	И пили всей семьей
For days and days together	А после сладко спали	Малютки-медовары
In their dwelling underground.	В жилищах под землей.	В пещерах под землей.
There rose a king in Scotland,	Жесток король шотландский;	Пришел король шотландский,
A fell man to his foes,	Он, без пустых угроз,	Безжалостный к врагам,
He smote the Picts in battle,	Громил в сраженьях пиктов,	Погнал он бедных пиктов
He hunted them like roes.	Преследовал, как коз.	К скалистым берегам.
Over miles of the red mountain	В горах на каждой миле	На вересковом поле,
He hunted them as they fled,	Разил их тут и там	На поле боевом,
And strewed the dwarfish bodies	На склонах было тесно	Лежал живой на мертвом
Of the dying and the dead.	Порубленным телам.	И мертвый — на живом.
Summer came in the country,	В стране настало лето	Лето в стране настало,
Red was the heather bell,	И вереск цвет набрал,	Вереск опять цветет,
But the manner of the brewing	Но способ варки эля	Но некому готовить
Was none alive to tell.	Уже никто не знал.	Вересковый мед.
In graves that were like children's	В своих могилах тесных	В своих могилках тесных, в горах родной земли,
The brewsters of the Heather	В полях, лесах, горах	Малютки-медовары
Lay numbered with the dead.	Лежали пивовары И обращались в прах.	Приют себе нашли.
The king in the red moorland	По вересковым кущам	Король по склону едет
Rode on a summer's day,	Король верхом скакал	Над морем на коне,
And the bees hummed,	И пчел жужжаньем звонким	А рядом реют чайки
and the curlews	Свой путь	С дорогой наравне.
Cried beside the way.	обозначал.	…
The king rode, and was angry,	Он был от гнева бледный	Король глядит угрюмо:
lack was his brow and pale,	И яростный, как зверь;	«Опять в краю моем
To rule in a land of heather	В стране, где пахнет вереск,	Цветет медвяный вереск,
And lack the Heather Ale.	Нельзя отведать эль!	А меда мы не пьем!»
It fortuned that his vassals,	Скакали вслед вассалы	Но вот его вассалы
Riding free on the heath,	За королем своим,	Приметили двоих
Came on a stone that was fallen	Заметили камень и нищих,	Последних медоваров,
And vermin hid beneath.	Что прятались под ним.	Оставшихся в живых.
Rudely plucked from their hiding,	Грубо доставили пиктов	Вышли они из-под камня,
Never a word they spoke:	Бедных под взор короля,	Щурясь на белый свет, -
A son and his aged father—	Сын и отец стояли,	Старый горбатый карлик И мальчик пятнадцати лет.
Last of the dwarfish folk.	Слова не говоря.	К берегу моря крутому
_	_	Их привели на допрос,
_	_	Но ни один из пленных
_	_	Слова не произнес.
The king sat high on his charger,	Король казался огромным,	Сидел король шотландский
He looked on the little men;	На пиктов смотрел, как на тлю,	Не шевелясь в седле.
And the dwarfish and the	А смуглые карлики молча	А маленькие люди
swarthy couple	Глядели	Стояли на земле.
Looked at the king again.	в глаза королю.	Гневно король промолвил:
Down by the shore he had them;	Вывели их к обрыву —	- Пытка обоих ждет,
And there on the giddy brink—	К морю — на волю и свет —	Если не скажете, черти,
«I will give you life, ye vermin,	Жизнь сохранят вам, твари,	Как вы готовили мед! -
For the secret of the drink.»	За сладкого эля секрет.	…
There stood the son and father	Сын и отец стояли,	Сын и отец молчали,
And they looked high and low;	Глядя то вверх, то вниз,	Стоя у края скалы.
The heather was red around them,	Вереск вокруг был красен,	Вереск звенел над ними,
The sea rumbled below,	К берегу волны неслись.	В море катились валы.
And up and spake the father,	Голос отца раздался;	И вдруг голосок раздался:
Shrill was his voice to hear:	Громко и четко звучал —	- Слушай, шотландский король.
«I have a word in private,	Тайну я вам открою,	Поговорить с тобою
A word for the royal ear.»	Как мне владыка сказал.	С глазу на глаз позволь!
«Life is dear to the aged,	Старости жизнь — дороже,	Старость боится смерти.
And honour a little thing,	Честь для меня не важна,	Жизнь я изменой куплю,
I would gladly sell the secret,»	Эля я тайну открою,	Выдам заветную тайну! -
Quoth the Pict to the king.	Если она вам нужна.	Карлик сказал королю.
His voice was as small as a sparrow's,	Голос его воробьиный	Голос его воробьиный
And shrill and wonderful clear:	Резко звучал на устах —	Резко и четко звучал:
«I would gladly sell my secret,	Эля я тайну открыл бы,	- Тайну давно бы я выдал,
Only my son I fear.	Сын мне внушает страх.	Если бы сын не мешал!
»For life is a little matter,	Жизнь для него малозначна,	Мальчику жизни не жалко,
And death is naught to the young;	Смерть для него нипочем,	Гибель ему нипочем.
And I dare not sell my honour	Но я не могу лишиться	Мне продавать свою совесть
Under the eye of my son.	Чести моей при нем.	Совестно будет при нем.
Take HIM, O king, and bind him,	Пусть его свяжут и бросят	Пускай его крепко свяжут
and cast him far in the deep:	В море, не сможет он плыть,	И бросят в пучину вод -
And it's I will tell the secret	А я расскажу вам тайну,	И я научу шотландцев
That I have sworn to keep.«	Что присягнул хранить.	Готовить старинный мед! -
They took the son and bound him,	Руки связали мальчишке,	Сильный шотландский воин
Neck and heels in a thong,	Вывернув их за спину,	Мальчика крепко связал
And a lad took and swung him,	И, раскачав, швырнули	И бросил в открытое море
And flung him far and strong,	В бурлящую глубину.	С прибрежных отвесных скал.
And the sea swallowed his body,	Море его поглотило,	Волны над ним сомкнулись.
Like that of a child of ten;	Было ему десять лет.	Замер последний крик.
And there on the cliff stood	И на утесе остался	И эхом ему ответил
the father,	Последний,	С обрыва
Last of the dwarfish men.	кто знал секрет.	отец-старик:
»True was the word I told you,	Правду вам говорил я,	- Правду сказал я, шотландцы,
Only my son I feared,	От сына грозила беда,	От сына я ждал беды:
For I doubt the sapling courage	Мало отваги в мальчишках,	Не верил я в стойкость юных,
That goes without the beard.	Пока не растет борода.	Не бреющих бороды.
But now in vain is the torture,	Плевать мне на ваши пытки,	А мне костер не страшен.
Fire shall never avail:	Со мною исчезнет в огне	Пускай со мной умрет
Here dies in my bosom	Напитка из вереска тайна,	Моя святая тайна -
The secret of Heather Ale. «¹⁸	Известная только мне.	Мой вересковый мед!

Дополнительная литература: LEANN FRAOCH - ШОТЛАНДСКИЙ ВЕРЕСКОВЫЙ ЭЛЬ